– Неужели Боб отдал тебе свои сапоги… да еще и вместе с ногами! – глумливо спросил Виконт.

Мертвец улыбнулся и сел, отряхивая руки. Его лицо заливала краска, светившаяся в темноте…

Палатка снова затрепетала. Голос Боба тревожно спросил:

– Виконт, ты что?.. Тебе плохо?..

Виконт обернулся: в дверях, согнувшись, стоял Боб черным силуэтом на красном фоне песков.

– Я тебя звал, ты не слышал? С кем это ты болтал тут? Да очнись ты, старый сапог!..

Виконт вытер пот со лба, сплюнул, глянул через плечо. В сумраке – покосившийся столб, сваленные в кучу спальные мешки, окурки…

– Плохо дело, Бобби, старина, – он не узнал своего голоса, – здесь был Бажжах. Я видел его лучше, чем тебя сейчас…

– Бажжах-Туарег?! – Боб нырнул в палатку, выпрямился, настороженно озираясь. – Ты не ошибся? Ты понимаешь, что ты говоришь…

Он осекся. Виконт опустился на пол, сел, обхватив голову руками.

– Бажжах-Туарег… – прошептал он с отчаянием. – Мы погибли, Боб. Господи, помоги нам! Мы хуже, чем умерли… Бажжах-Туарег!.. Это конец, это конец, Бобби… Мы все равно что мертвецы теперь…

Боб кинулся было из палатки, потом вернулся и встал, вцепившись в центральный столб.

– К дьяволу, Вик! – прохрипел он. – Я не видел его… Ведь меня не было в палатке, не правда ли? Почему МЫ? Ведь Я-то не видел его?..

Он сел на одеяла и начал быстро обуваться. Руки его дрожали. Виконт быстро повернулся к нему:

– Ты… ты… уходишь?.. – Он судорожно глотнул. – Ты хочешь уйти… Боб?

Боб не отвечал. Он торопливо шарил в полутьме, хватал одежду, коробки с сигаретами, патроны – совал в рюкзак. Виконт несколько секунд молча следил за ним, облизывая сухие губы.

– Не оставляй меня одного, Боб… – проговорил он наконец, – позволь мне идти с тобой… Ведь мы старые друзья, не так ли?.. – Он потянулся дрожащей рукой к плечу товарища – похлопать. Тот, дико глянув, шатнулся в сторону. Виконт рванул на себе ворот: – Я буду нести палатку, Бобби… И… и винтовки, если хочешь. Может быть, я ошибся?.. Ну ясно же – я ошибся, мне показалось… Мне…