Марсиано взял бутылку и наполнил пустые бокалы.

- Что за тревога? - решил уточнить Шторм.

- На "Монреале" произойдет утечка радиации, и нам будет жарко. Слышишь, нам будет очень жарко. Им придется освободить парковочные площадки, надеть костюмы с противорадиационной защитой и вести работы по нашему спасению, как и записано в законе об аварийных ситуациях. Как ты понимаешь, большинство из них вообще не имеют никакого понятия о том, что...

- Хорошо. А что произойдет потом?

- Потом? Мы выйдем из корабля и сразу же начнем вести огонь на поражение. Большинство бунтовщиков собралось именно здесь, в космопорте. Прошло уже больше месяца с той поры, как они блокировали все грузовые перевозки.

Шторм устало улыбнулся:

- Ну, а кто выйдет первым и пустит в бунтовщиков веер лазерного огня, догадаться нетрудно.

- Сможешь? - обрадованно спросил Марсиано. - Ведь ты отлично экипирован. Ну, а оплата - в валюте Доминиона. Договорились?

Джек вздохнул. Что же, это было как раз то, чему его учили. Он кивнул и поднял бокал: хорошо, договорились.

* * *

У Марсиано подобралась отличная команда. Бронекостюм был уже заряжен, и Джек приступил к герметизации.

"Монреаль" стал "падать", оставляя за собой огромное радиоактивное облако. Похоже, что в своем деле Марсиано был виртуозом. Он очень ловко маневрировал кораблем, изображая аварию. Уровень радиоактивности был в общем-то безопасен для людей, но вполне достаточен для того, чтобы в космопорте сработал сигнал тревоги.

Джек поежился. Ему опять показалось, что внутри его бронекостюма поселился кто-то живой. Неужели милосский берсеркер? Он глубоко вздохнул и решил, что подумает об этом когда-нибудь еще, потом настроил приемник на частоту "Монреаля". В наушниках послышался голос Марсиано. Он орал вашингтонцам, что ему совершенно наплевать на то, что космопорт закрыт. На его корабле неполадки, и если они не подготовят аварийную площадку, он размажется в центре города.