Советницы Мурбеллы замолкли, забыв об обсуждении и споре, уставившись на большую машину. Все собравшиеся здесь женщины были одеты в простую черную форму, по которой невозможно было судить, из какого сообщества происходит ее владелица — из досточтимых Матрон или из Бене Гессерит.
Мурбелла сделала знак явно трусившим рабочим.
— Внесите его в кабинет и поставьте здесь, чтобы мы могли видеть его всякий раз, когда говорим о Враге. Эта машина будет напоминать нам о противнике, с которым нам скоро придется иметь дело.
Несмотря на то что его несли на подвесках, рабочие изрядно попотели, прежде чем установили робота в указанное место. Мурбелла встала, подошла к боевой машине и вызывающе посмотрела в ее тусклые оптические сенсоры, а потом с гордостью взглянула на свою дочь.
— Башар Айдахо взяла этот трофей в битве за Дювалль.
Его надо отправить на металлолом. Или выстрелить в космос, — сказала Кирия, резкая женщина, бывшая Досточтимая Матрона. — Что, если в нем заложена программа пассивного шпионажа?
Его тщательно проверили и очистили от всех программ, — сказала Джейнис Айдахо. Она была недавно была назначена командующей вооруженными силами Новой Общины Сестер и проявила себя довольно прагматичной молодой дамой.
Это трофей, Командующая Мать? — спросила Лаэра, темнокожая Преподобная Мать, часто поддерживавшая Мурбеллы в спорах. — Или это военнопленный?
Это единственный экземпляр, обнаруженный нашими военными в целости и сохранности. Мы взорвали четыре машинных корабля, прежде чем отступить и дать уничтожить оставленные нами планеты. Машины уже подвергли заражению Ронто и Питаль — там не осталось ни одного выжившего человека. Общие потери населения исчислялись миллиардами.