На столе стояли миски с кукурузными лепешками и вяленым лисьим мясом, блюдце соевого соуса, жбан с водой, стаканы и бутылка настойки. Горкой лежали вареные початки карликовой кукурузы.

— Че смурной такой? — спросил Арсен. Трое других механиков молча глядели на меня, равномерно работая челюстями. Двоих я знал — Карлов и Леш, третий был новичком.

Вытирая руки тряпкой, подошел Захарий, старший в бригаде. Глянул на «Зеба», на меня и налил полстакана водки, настоянной на бруснике-огневке. Я молча взял стакан и вылил пойло в рот. Вытащил из горки початок размером с указательный палец, понюхал и положил на стол.

— Ну и как оно было? — спросил Арсен.

— Уже на подходе к городу, — сказал я. — Не надо было от каравана отваливать. Но машины Берии в Рязань не шли, а мне сюда надо было. Думал, пару верст всего… И началось.

— Кто?

— Да мутант их знает. Пятеро, на трех сендерах. Причем двое на «тевтонце» и с пулеметом.

— С «гатлингом»?! — крякнул Леш.

— Ага. Не знаю, где тачку раздобыли и такой ствол… стволы, вернее.

Леш почесал затылок.

— Че-то странное в округе последнее время происходит, а? — Он оглядел нас. — Грабят много…

— Всегда грабили, — возразил Захарий.

— Ну да, но теперь… да вон же, недавно даже на караван московского Храма налетели! Не, навроде появился кто-то новый, засел где-то неподалеку… — Он покачал головой. — Как же ты отбился, Музыкант?

— Да вот так как-то… — пробормотал я устало. — Пострелять пришлось. «Зебу» теперь большой ремонт нужен. А гитара моя старая у вас осталась?