— Пастух пообещал немедленно сообщить властям.

Я был счастлив вновь оказаться в уютной атмосфере гастхофа. Обед поджидал на столе, а герр Штайнер как всегда читал у огня.

Кроме меня в доме постояльцев не было, поэтому я с удовольствием обедал на просторной кухне вместе со Штайнерами, которые по вечерам скрашивали мое вынужденное одиночество. Хозяин прилично изъяснялся по-английски, так что беседы не были утомительными.

Я набросился на еду, нагуляв волчий аппетит. За пивом я завязал с герром Штайнером беседу. Если бы я знал, какое впечатление произведет на него сообщение об убитой козе, то сто раз подумал. Штайнер побледнел, как полотно, глаза остекленели, челюсть отвисла. Грохот, донесшийся из кухни, разрядил обстановку. Это фрау Штайнер уронила на кухне поднос с десертом.

В извинениях, уборке и приготовлении нового десерта инцидент замяли. Когда же мы в конце концов вернулись к прерванному разговору, Штайнер с напускной непринужденностью пожаловался на то, что в последнее время какой-то хищный зверь повадился воровать скот. До сих пор охотникам не удавалось его выследить. Свое замешательство он объяснил тем, что подумал было сначала, что речь идет о его собственной козе, но после вспомнил, что все животные надежно заперты в хлеву.

Я вежливо выслушал объяснения, не желая проявить чрезмерного любопытства, однако сомнения в искренности Штайнера не оставляли меня. Тревога хозяев была слишком велика по сравнению с таким незначительным, по их словам, инцидентом. Впрочем, это было их личным делом, вмешиваться в которое я не считал для себя возможным. Но случай не давал мне покоя, так что сразу же после обеда, устыдившись поспешности, с которой ретировался, я отправился назад. Проходя мимо колоды, на которой герр Штайнер колол дрова, я прихватил с собой маленький топорик.

Топор можно было использовать в качестве оружия, и одно это чувство придавало мне заряд уверенности. Тропинку, ведущую к месту трагедии, удалось отыскать почти сразу. Побуревшие пятна указывали место, где лежала коза. Сама туша исчезла. Скорее всего, ее убрали лесорубы, подумал я. А может утащил зверь? Встревоженный моим появлением, он мог затаиться где-нибудь поблизости, а затем спокойно утащить козу. Предположение взволновало. Я вытянул из-за пояса топорик и поискал, в каком направлении мог скрыться хищник.