— Так… Точечные ожоги… интересно. А с химией у вас какие отношения?

Изображение сменилось опять, но теперь это была некая структурная формула. Скалли присмотрелась. Полимерная цепочка, азот-углерод, так…

— А вот эти радикалы — это что?

— Аминокислоты. Разные. Двадцать две — входящие в известные нам белки, и четыре — совершенно посторонние.

— Чрезвычайно странная конструкция… — Скалли задумалась.

— Химики просто сказали, что такой молекулы существовать не может. Хотя они же и выделили ее из тканей, окружающих те отметины.

— Она была в трупе?

— Да. Очень локально, в очень небольших количествах… и не в трупе — в нескольких трупах. Вот… — изображение сменилось, — это — мужчина в штате Южная Дакота, а это — Шемрок, Техас, девочка…

Труп с двумя отметинами. И еще труп с двумя отметинами…

— И у вас есть предположения?..

— О, предположений у меня множество, — невесело усмехнулся Малдер. — Больше, чем хотелось бы, и гораздо больше, чем нужно. Одно мне по-настоящему не ясно… и, может быть, вы сумеете мне объяснить, почему политикой Конторы стало относить все подобные случаи к разряду необъяснимых явлений и тем самым ставить жирный крест на их расследовании? Вы верите в существование внеземных цивилизации? — спросил он без всякого перехода.

Скалли беззвучно кашлянула. Так. Началось. Собраться с мыслями…

— Если рассуждать логически, то я должна сказать, что нет, не верю. Расстояния между космическими объектами так велики, что расход энергии на передвижение превзойдет все мыслимые…

— Да-да, — сказал Малдер. — Люди так и рассуждают. А вот та девушка в Орегоне… Четыре года после школы, а она умерла, и на теле ее остались следы какого-то воздействия, а в тканях — вещество, науке неизвестное… Никаких доказательств, никаких ответов нет… даже вопрос — и то не задашь… Но, может быть, исчерпав все разумные объяснения, мы все же обратимся к неразумным?..