И вот мы ищем, не могут ли эти условия – какая-то их комбинация – положительно повлиять на продолжительность жизни, а может быть, и… Словом, мы ищем людей, опыт которых мог бы со всей достоверностью нам сказать, что именно в данном месте существуют нужные условия. Тогда мы начнем изучать их как следует. Короче, нам приходится помногу летать: учет долгожителей даже в солнечной системе поставлен из рук вон плохо, она ведь, по сути, не так мала, система. Итак, я вас предупредил. Вы не боитесь того, что придется много летать?

– Нет, – сказал Рогов.

– Чудесно! Впрочем, чего вам бояться: вид у вас отличный, можно только пожелать такого же и себе. Корабли класса «Сигма-супер» вам, разумеется, знакомы?

– Да, – сказал Рогов. После паузы добавил: – В основном теоретически. Плюс месяц практики в Космическом резерве сейчас. Эти корабли появились, когда у меня был перерыв в полетах.

– Долго не летали?

– Довольно долго.

– Долго, Серегин, слышите? Гм… Скажите, Рогов, а летали вы на каких трассах?

– На межзвездных.

– Много? – спросил Серегин.

– Подождите, Серегин, я же разговариваю! Естественно, много: иначе он не был бы пилотом экстра-класса. Вы знаете, Рогов, я удивляюсь, что вас направили на такую скромную работу. Ведь пилотов экстра-класса не так много?

– Сейчас уже около двадцати.

– Все они – надпространственники, – сказал Серегин. – А как у вас с навыками работы в трех измерениях?

– Я почти все время работал именно в трех.

– Очень хорошо, – сказал Говор. – Исчерпывающий ответ. Вы еще что-то хотите спросить, Серегин?

– Только одно. Долго ли вы не летали? Точно.

– Да постойте, Серегин. Что вам дадут цифры? Ну, пусть он не летал даже пять лет – выработанные рефлексы и навыки ведь не исчезают. А вот почему вы не летали? Это важнее.