— Ленинская ОПГ?

— Или сброд беспредельщиков, это даже точнее. Вован — лысый сифилитик, да Феликс — палач-кокаинщик, да Коба-мокрушник — вот тебе и Векепебе…

— Понятно… Но, кажется, я опять вас перебил, прошу прощения!

— Нет, хитрец Антон, это я сам отвлекся, так что можешь не финтить тут ложными извинениями. Тебя ФСБ никогда не вербовала в осведомители, нет? Вкрадчив ты больно… Гм… Русанов Русановым, теория теорией, но кому-то нужно было работать «в полях», не так ли? Мой хороший дружок, на год или два меня моложе, Лева Колесов, журналист-международник, там, за границей, заворачивал делами аж с начала шестидесятых, был белым резидентом. Вот он давил на разные кнопки, такой, знаешь, трудоголик-многостаночник: он и репортажи писал, и книги, и всех баб обаивал, и в местных «верхах» свой человек, ну и по нашей тематике со многими… так сказать, фигурантами… знался. Я приезжал инспектировать «на местах», спорили с ним, ругались даже, но это не мешало нашему взаимопониманию и дружбе… Помер не так давно, царствие ему небесное, хитрожопый был человек, но верный нашему делу!

— Жалко, да. Но он сам умер, на Родине, на свободе?

— Да, дома, в своей постели. Он был крепкий парень, ушлый, точный, четкий в своих взглядах, жизнелюбивый… Думаю, не возраст его подкосил, а новые времена…

— Вам не нравятся новые времена?

— Нет. И не просто нет, а очень не нравятся.

— Почему, если не секрет?

— Засильем либерастии и тотальной продажности. Все эти салье, чубайсы, собчаки, гайдары, сахаровы… С них все пошло. Я их ненавижу, они как тифозные вши на больном теле России-матушки!

— Ну… мнения бывают разные, но всех вами вышеперечисленных действительно не очень-то любят в народе.

— А за что их любить??? Из вошингтонского апкома к ним приходят приказы и гранты, а они отрабатывают в поте лица — за это мне их любить, что ли? Долгое время я думал, что на свете нет их гнуснее, что все уже, до последней степени падения дошли мы в своем стремлении к западным швабодам… ан не-е-ет…