Она с надрывом закашлялась. Фредди повернулся к шефу:

- Можно было бы подбросить по пути... Он настороженно ждал поддержки со стороны сообщников.

- Ну, что молчите? Ведь все равно по дороге...

- Я за, - сказал один.

- И я, - добавил другой.

Не говоря ни слова, Бремез выжал сцепление и взял курс на Булонский лес.

Успокоившись, рыжеволосая осушила слезы и снова принялась причитать. Выяснилось, что в восемнадцать лет её бросил подлый соблазнитель, надругавшийся над её наивностью, что родители - богатые буржуа - выгнали её из дому, что в Париже её, беременную, никто не брал на работу. После рождения сына она думала заново обустроить жизнь с честным человеком, но он оказался отъявленным негодяем и вынудил её пойти на панель. Луи - так звали её сутенера - сейчас сидит в тюрьме, а хозяйка дома грозит выкинуть её на улицу.

- Если до завтра я не раздобуду двадцать тысяч франков, мне останется лишь утопиться вместе с малышкой Жераром!

Ее рыдания удвоились. "Бьюик" остановился на опушке Булонского леса. Прежде чем отпустить безутешную Кармен, крутые ребята сбросились, собрав для неё двадцать тысяч спасительных франков. Взволнованная Кармен покинула их, добившись обещания, что если им захочется позабавиться, то они обратятся только к ней. Звук её каблучков скоро стих в ночи.

Крутые парни долго сморкались, пока их шеф не сказал:

- Это все не то, и пока что время потрачено зря! Насколько я понимаю, мы пошли на дело не ради того, чтобы подбивать дневной баланс! И вот двадцати кусков как не бывало! Ну до чего же мы умные! Всем от меня поздравления!

- Послушай, - сказал Фредди, - не стоит трогать этих девиц. У них ни гроша за душой. Грабануть хорошую лавчонку - вот это да! К тому же все торговцы - ворюги!