Темис неторопливо нес свои воды на восток, к морю, мимо Гренвича, Роттенхита и Допохорона, чья неприступная крепость кишела синими, зелеными и красными мундирами солдат Республики. Пушки смотрели на море, и две трети кораблей на рейде были патрульными. Дальше устье реки расширялось, будто лениво зевающая, но грозная пасть. Там начинались широкие просторы Свободного Ангелийского Пролива.

С этой стороны Ангелию ограждала крепостная стена длинной гряды Холмов Белой Голубки. Они тянулись ввысь, словно меловые замки, и под ярким летним солнцем их склоны слепили глаза. Среди них и спрятался Край; береговая линия здесь изгибалась, образуя глубокую Краевую бухту. Сейчас она кишела военными кораблями. Их было не сосчитать — как фасоли в супе.

В этих местах город Добродел плавно перетекал в свое предместье Край. Пиратское безумие добралось и сюда. И бушевало даже хуже, чем в Ландоне. Но Артия радовалась хотя бы тому, что здесь ее никто не узнает — не то что в Ландоне или Портовом Устье.

«Незваный гость» с временной командой на борту уже вышел из Четтеринга. Артия со своими спутниками прибыла в Край и остановилась в «Кабане в небесах». Тут и начался набор добровольцев.

В жаркую, залитую солнцем комнату таверны один за другим вваливались просоленные и просмоленные типы, которые много лет ходили под парусами на том или ином корабле. Между ними втискивались наивные мальчуганы, которые никогда ни на чем не ходили, но прослышали весть о найме каперов. В этой новой затее они видели свой шанс — разбогатеть или погибнуть. Их азарт подстегивало то, что капитан — женщина. Почти все они слышали о Пиратике — Артии Стреллби, — но не знали, что это она и есть. Кроме того, некоторые принимали ее за юношу, пожалуй, слишком молодого для столь серьезного предприятия. Многие из наименее опытных были одеты пиратами и шагали вразвалочку, хлопая себя по бедрам и помахивая абордажными саблями.

— Сожри меня акула, селедочный компот!