— Да, мама. Мам, мам, смотри — вон та чайка тоже ухватила кусочек! А на дороге валяется рыбина!

Раздался пронзительный визг:

— Меня пчела ужалила!

Потом со стороны бухты докатился, словно штормовой вал, глухой рокот голосов, повторявший знакомое прозвище.

Артия выпрямилась от неожиданности.

— Пи-ра-ти-ка! — кричал народ.

Кто-то постучал в дверь, которую Феликс закрыл с таким оглушительным безмолвием. Артия в два прыжка пересекла комнату и распахнула ее.

На пороге, приплясывая, стояли Соленый Уолтер и Питер, а с ними — Честный Лжец и Эйри.

— Артия, пойди посмотри. Там устроили праздник в твою честь. Все ремесленные цеха оплатили строительство своих кораблей…

— Корабль пекарей сделан из батонов и булок…

— Тот, что из мяса, — от Лиги мясников…

— Цветочный — от Ассоциации девушек-цветочниц…

— А самый интересный — из рыбы. Видишь паруса? Цельные акульи шкуры!

— Ты не представляешь, Артия, какая красота!

В комнату влетели сразу шесть пчел. Артия и ее люди пригнулись и замахали руками, отбиваясь от гудящего роя.

— Это с цветочного корабля, — пояснил Эйри, когда они быстрым шагом покинули комнату, оставив поле боя за пчелами.

Артии не хотелось идти в город, не говоря уже о том, чтобы во всеуслышание признаться, что она и есть Пиратика. Но у нее вдруг пропали силы сопротивляться.

Она схватила Эйри за горло, измяв кружевной воротник.

— Если ты… или кто угодно из вас… хоть словом обмолвится… кто мы такие… кто я такая, я этому болтуну пасть порву!

Улица дышала послеполуденным зноем. На синей воде красно-коричневый мясной корабль кружился в танце с серебристым черно-белым корабликом из рыбы. Судно из буханок хлеба уже намокло и начало потихоньку разваливаться. Цветочный корабль даже издалека оглушал волной ароматов. Он переливался всевозможными оттенками красок: алые розы, желтые и кремовые лилии, голубая лаванда и бордовые анютины глазки, левкои и плющ. Был в этой флотилии и бумажный кораблик — он уже едва держался на воде. Редакция «Добродел и Довер Таймс» соорудила его из старых и свежих газет.