Маус спустился по широкой деревянной лестнице потемневшего от старости и копоти клёна и окунулся в плотный табачный дым, пропитанный парами дешёвого спиртосодержащего пойла. У стойки было всё занято, но Маус сумел протиснутся между парой мужчин без проблем. Махнув рукой бармену, он спросил для начала нефильтрованного непастеризованного пива. Отпив глоток, он повернулся лицом в зал.

Через сизый сумрак проступали тёмные силуэты людей, одни из которых сидели за столиками, другие ходили туда-сюда. Звуки цифрового музыкального автомата заглушал непрерывный гвалт десятков глоток. Отпив ещё и кивнув самому себе, Маус вернулся за стойку, и поймал взгляд соседа слева:

— Приветствую.

— Привет, — Маус мельком окинул фигуру человека, сидевшего рядом: среднего роста, среднего телосложения, но с обветренными руками и лицом, тёмный цвет кожи, словно человек много времени проводил на Солнце, но Солнца в Надреальности нет. Цвет глаз в неверном искусственном свете стойки бара казался чёрным, но волосы были светло-русые. Одет человек был в чёрную рубашку и пиджак с брюками грязно-белого палевого цвета. Оружия при нём Маус не заметил.

— Меня зовут Реджинальд, — мужчина протянул навстречу кружке Мауса водочный стакан — невысокий круглый в сечении бокал без ножки. Маус придвинул кружку и они чёкнулись.

— Маус.

— Oh, American?

— No, just Russian.

— Странно… Это, конечно, не моё дело, просто имя сбило меня с толку.

— Бывает, — Маус допил пиво и позвал бармена, чтобы расплатиться и подняться к себе. Ему что-то расхотелось сидеть в баре сегодня. Гораздо лучше было бы сейчас подняться наверх и перебрать те предметы, что Маус собирался завтра продать.

— Oh, barmen! Gimme «white five»! — сосед Мауса, Реджинальд, заказал себе ещё один коктейль. Насколько Маус знал, этот коктейль любили заказывать те, кто считал себя мачо. «Пять белых» состоял из пяти компонентов: текилы, водки, джина, белого ликёра и кьянти; всё по пятьдесят грамм.