Дело вот в чем. Высылаю тебе три части моего большого романа, который я начал в позапрошлом и остановил в прошлом году. Здесь листов 5-6, вполне сделанных. Есть еще листа 23 очень черных, читать еще нельзя. И это половина романа. Он посвящен Виталию Бугрову. Мне еще в прошлом году хотелось показать Бугрову, потолковать, испросить разрешение на посвящение... И вот... разрешение уже можно не спрашивать... Остановил я роман потому, что писать там надо еще 8-10 листов, это много, долго, тяжело, это работа с полной отдачей на год-полтора. По моим прикидкам получится 16-18 листов размер для меня колоссальный. Такого времени у меня нет - то есть, нету денег, чтобы полтора года заниматься только романом.

Вот и вопрос-предложение для "Прозы Сибири" (тебе, то есть): может ли (и захочет ли) "Проза Сибири" пойти с неким автором Б. Штерном на нижеследующий договор-заказ: автор предоставляет "Прозе Сибири" первые три части романа "Последний из Кагебе", которые уже можно публиковать. Автор обязуется через полтора года предоставить полный текст; со своей стороны "Проза Сибири" выплачивает автору аванс в размере...

В размере, чтобы автор и его семья спокойно завтракали, обедали и ужинали в течение полутора годов. Если конкретней, то в Киеве еле-еле прожиточная сумма на трех человек составляет долларов 40-50 в месяц. Умножим сорок долларов на месяцев - и получим округленно 700 долларов...

Ха, тут Гера Либкин был в Киеве. В "Тексте" узнали о биографии Чехова, затребовали почитать, прочитали, пондравилось, и предложили быстро поставить в шестой номер "Завтра". "Фигушки! - ответил я.- Давно поздно. Отдано Прашкевичу в журнал".

"5 ноября 1996.

Гена, дорогой!

У меня все лето на столе лежала записка: "Позвонить Прашкевичу". Без дела, просто позвонить. Два раза звонил, не дозванивался, третий раз дозвонился. Говорил с Лидой, ты был в Москве. Надо общаться, надо. Мне здорово не хватает разговора с тобой. Позвонить, написать письмо - все стало проблемой.