"Конечно, - сказал он. - Все мои индейцы употребляют его". По прошествии получаса у меня было 20 фунтов лозы Яхе. Никакого перехода через девственные джунгли и никакого старого седого персонажа, говорящего: "Я ждал тебя, сынок". Приятный немец в десяти минутах от Макоа.
Шаману было около семидесяти. Детское гладкое лицо. В нем была какая-то лукавая, двусмысленная вежливость, как у старого джанки. В ранних сумерках я ступил на земляной пол его хижины с тростниковой крышей, чтобы принять посвящение в Яхе. Первое, что спросил шаман, есть ли у меня с собой бутылка. Я вытащил из рюкзака кварту агуардиенте и протянул ему. Он надолго присосался к ней, а затем передал своему помощнику. Я ничего не пил, так как хотел чистых приходов от Яхе. Брухо поставил бутылку рядом с собой и присел на корточки рядом с чашей, установленной на треножник. Рядом с чашей был деревянный алтарь с рисунком девы Марии, распятие, деревянный идол, перья и маленькие пакетики, связанные тесемками. Долгое время брухо сидел без движения. Он сделал еще один большой глоток агуардиенте. Женщины скрылись за бамбуковой перегородкой и больше не показывались. Брухо начал вполголоса напевать над чашей. Я уловил "Яхе Пинтар", повторявшееся снова и снова. Над чашей он с шелестящим шумом помахивал небольшой метелочкой, чтобы изгнать злых духов, которые могли незаметно проникнуть в Яхе. Шаман выпил еще раз, вытер рот и продолжал напевать. Торопить брухо нельзя. Наконец тот снял с чаши крышку и зачерпнул около унции черной жидкости, которую протянул мне в грязной красной пластиковой чашке. Жидкость была маслянистой и фосфоресцирующей. Я немедленно ее проглотил. Горькое предвкушение тошноты. Я вернул чашку, и шаман со своим помощником опять выпили.
Я сидел, ожидая результатов, и почти сразу же меня подмывало сказать: "Этого недостаточно. Мне нужно больше". Я подмечал этот необъяснимый импульс в двух случаях, когда передознулся джанком. Перед тем, как укол возымел эффект, я оба раза говорил: "Этого недостаточно. Мне нужно больше". Рой рассказывал мне о человеке, который вышел из тюрьмы на чистяке и чуть не умер - прямо в комнате Роя. "Он вмазался, тут же сказал: "Этого недостаточно", - и свалился. Его лицо покрылось холодным потом. Я выволок его в холл и вызвал скорую помощь. Он выжил".