В этот момент в здание вошли шубаковские. Хоть эти были без масок. Я быстро переключилась на двор. Лиц в пятнистых комбинезонах загружали в машины валом. Наверное, отвезут куда-то в уютное местечко для длительной душещипательной беседы. И поделом им. Но это уже не моя головная боль. Каждый должен выполнять свои обязанности.

В холл вошли Береза, правая рука Шубакова, и Кондрат – можно сказать, левая. Оба были стрижены почти под ноль, физиономии имели зверские, подбородки квадратные, а у Кондрата на лбу красовался старый, побелевший от времени шрам. Возможно, если бы парни носили волосы нормальной длины, а Кондрат еще и челочку, то смотрелись бы оба вполне сносно, а так лучше подходили для большой дороги, чем для появления в общественных местах. Правда, насколько мне было известно, оба успели поработать в органах. Почему они оттуда ушли (или их попросили?), мне, естественно, никто не сообщал. Господа пожали ручку Ивану Ивановичу, потом Игорьку и поднявшемуся (правда, уже без помощи многострадальной пальмы) Славику и вопросительно посмотрели на амазонку.

– Это наша новая сотрудница, – представил Иван Иванович энергичную даму.

Так, на работу берем в любом случае? Ну что ж, мудрое решение, Иван Иванович. Такие кадры нельзя упускать. Лучше пусть будет у нас, чем у конкурентов. Но скорее всего я ее никому не отдам. Будет работать на меня лично.

Пока Кондрат с Березой удивленно разглядывали даму с каучуковой дубинкой, которую она так и не выпустила из рук, я решила присоединиться к честной компании и представиться своей новой подчиненной.

– Сашенька! – расплылись в улыбке Береза с Кондратом. – Ты, как всегда, очаровательна.

Ну, это я и без вас знаю, подумала я, но вслух ничего не сказала, только царственно кивнула и протянула ручку для поцелуя. Береза с Кондратом по очереди облобызали ее. Почему-то многие мужики стремятся поцеловать мне руку, я уже так к этому привыкла, что теперь протягиваю ее для поцелуя всем особям мужского пола – даже тем, кто этого раньше никогда не делал. Подозреваю, что я остаюсь единственной женщиной, которой и Береза, и Кондрат когда-либо целовали конечности.