– Какой фильм интересный, – сообщила она нам с Иваном Ивановичем. – Партнерша сейчас про бухгалтерский учет что-то рассказывает. Что она на работе задержалась, чтобы документацию подготовить, а тут он пришел. В тех фильмах, что я раньше смотрела, все наоборот. Вначале немного поболтают, а потом начинают трахаться. И все на иностранном, с переводом, конечно, но перевод плохой, а тут наши актеры, все по-русски.

– Да, актеры наши, – кивнул Иван Иванович. – В особенности актриса.

Я с большим трудом сдержала смех и убрала звук.

Люся с Иваном Ивановичем договорились о встрече завтра в десять утра у нас в офисе. Борисенок заявил, что выйдет также и послезавтра – в субботу, Люся сказала, что тоже обязательно придет заниматься, и еще раз заверила меня, что за неделю освоит всю офисную технику. Я очень надеялась, что не ошиблась в выборе.

– Ой, да! – вспомнила Люся, поворачиваясь ко мне. – Вам сестра звонила и просила сегодня к ней заехать.

– Лариса?

– А что, у вас несколько сестер?

У меня две сестры – старшая, Лариса, с нею мы очень близки, и на нее я обычно оставляю детей, уезжая в командировки, и младшая, Светлана, с которой мы практически не общаемся. Я понимала, что с подобной просьбой могла звонить только Лариса, но вопрос у меня вырвался непроизвольно.

Наконец я выпроводила Люсю, распрощавшись с ней до завтра, Иван Иванович отправился проводить ее до двери и пояснить охранникам, чтобы в дальнейшем пропускали ее свободно (хотя как такую не пропустить? Сама войдет, не в дверь, так в окно).

Когда за ними закрылась дверь, я набрала номер Ларисы. Она тут же сняла трубку – ждала моего звонка. Сестрица рыдала.

– Что случилось?!

– Сашка, приезжай, пожалуйста. Меня… меня обокрали.

– Ты милицию вызвала?

– Да. Вызывала. Вчера. Обокрали вчера. Понимаешь, вчера я решила, что ничего не взяли, просто все в квартире перевернули вверх дном. Я не знала, что они у меня искали. Даже все заначки остались целы. Золото. Я тебе поэтому и не звонила. Зачем зря дергать? Ну, я прибралась тут… Еще радовалась, дура. Менты попросили заявление не писать, раз ничего не пропало, чтобы не висел на них лишний «глухарь». Я и не стала…