— Во всем этом есть резон, — согласился Легран. — Послушайте, друзья, а почему бы нам не пойти по самому простому пути?

— Понизить порог проходимости! — подхватил Тюльпанов. — А заодно утихомирить обиженных, разрешив им печатать свои опусы за собственный счет тиражом, скажем, до 500 экземпляров.

— У них и так есть это право. Нет, — покачал головой Нолли, — уступками и компромиссами здесь не отделаешься. Скажите, Платон Николаевич, Максим Максимович, не могли бы мы поговорить с самим Питоном? Вдруг у него есть своя точка зрения?

— Разумеется, — с готовностью откликнулся Тюльпанов. — Вы еще не знаете, какую мудрую электронную голову сотворил наш Вайль.

— Советоваться с машиной… — усомнился было Джулиано, но все встали уже с мест, и ему не осталось ничего иного, как присоединиться к коллегам.

4

Колоссальный электронный комплекс, получивший кличку Питон, целиком был упрятан под землю. На поверхности, в двадцатиэтажном корпусе, располагалась различная подсобная техника, в задачу которой входил контроль за нормальной работой машины, текущий ремонт, а главное — питание ее информацией (Тюльпанов именовал этот процесс «кормежкой») и получение ответов на поставленные вопросы. Все нити управления сходились в рубке небольшой, уютно обставленной комнате, в которой не было никаких приборов; связь с механическим мозгом включалась нажатием кнопки, смонтированной на уголке стола.

— Кто начнет? — осведомился Тюльпанов, когда все расселись. — Мы с ним понимаем друг друга с полуслова.