— Контракт с клиентом!

— А? Что? Ты о чем?

— Может, она нарушила контракт с клиентом? Отказалась отвечать, мозг и не выдержал?

— Бред! — в полный голос сказали за моей спиной. — Т-тупость какая!

Мы круто развернулись, от неожиданности чуть не попадав с мест. Синельникова удостоила нас своего драгоценного внимания! Синельникова вступила в обсуждение слухов!

— КАК пифия может отказаться отвечать? Она же ПИФИЯ!

Лиска смешалась.

— Ну… а если она до транса… ну, то есть узнала вопрос и отказалась входить в транс?

Костлявые кулаки Юльки сжались. Ярость прямо-таки брызгала из ее фиолетовых глаз.

— Нет! Только не Далия! Нет! Вы дуры, дуры, дуры! — она топнула на нас ногой, повернулась, и понеслась к выходу, размахивая руками. Я была готова поклясться, что Юлька плачет — от горя.

Или от досады, что впервые в жизни проспорила…

Мы переглянулись, переводя дух.

— А ты сама о таком когда-нибудь слыхала?

— Не слышала, — Лиска, вытянув шею, опасливо глядела вслед убегающей Юльке. — Но такое ведь возможно? Вон и Синельникова согласилась…

— Получается — возможно! — решительно сказала Сара.

— У кого бы узнать? Елизавета, поди, смолчит…

— Ты у Мадам еще спроси!

Сара с Олей переглянулись и дружно повернулись ко мне.

— ГГО! — потребовала Сара.

Я занервничала.

— В смысле?

— Поговори-ка со своим дружком, Цыпилма, — ласково предложила Оля.

— О! — у Кати и Лиски загорелись глаза. — У тебя появился парень, Цыпилма? И кто он?

— Главный Оракул, — сладко сообщила им Сара.

Я ее когда-нибудь просто убью!

Я осталась убирать со столов. Дежурные, испуганные таким невиданным энтузиазмом, с вопросами не приставали, доверяя таскать стопки грязной посуды до мойки. Мало-помалу я перемещалась к столам педагогов. Пифии переговаривались высокими нервными голосами, но умолкли, едва я подошла собрать тарелки.