Ее ощущения становились все богаче, она начала чувствовать среду вокруг…

Еще один взрыв сильнее предыдущих. Это уже настоящая пища! Ее клетки кричали от голода. С тревогой и надеждой она ждала еще взрывов.

Но их больше не было. Тогда она снова принялась за почву и солнечный свет.

Она ела, росла и расползалась в стороны.

С вершины небольшого холма Майкхилл смотрел, как рушится его собственный дом. «Пиявка», диаметром теперь в несколько сот метров, поглощала крыльцо.

Прощай, мой домик, — подумал он, вспоминая десять летних сезонов, проведенных здесь.

Крыльцо исчезло, за ним дверь…

Теперь «пиявка» напоминала огромное поле застывшей лавы. Серое, мрачное пятно на зеленой земле.

— Простите, сэр. — Позади него стоял солдат. — Генерал О'Доннел хочет вас видеть.

— Пожалуйста.

Майкхилл бросил последний взгляд в сторону дома и последовал за солдатом через проход в колючей проволоке, протянутой теперь вокруг «пиявки» диаметром в полмили. По всей ее длине стояли солдаты, удерживая репортеров и любопытствующих. Майкхилл удивлялся, как это ему еще разрешили проходить за ограждение. Может быть, потому, что все это как-никак произошло на его земле.

В палатке за маленьким столиком сидел генерал О'Доннел. Жестом он предложил Майкхиллу сесть.

— Мне поручили избавиться от этой «пиявки», — сказал он.

Майкхилл молча кивнул. Когда научная работа поручается вояке, комментарии излишни.

— Вы ведь профессор, не так ли?

— Антропологии.

— Прекрасно. Прикуривайте. — Генерал протянул зажигалку. — Мне' бы хотелось оставить вас тут в качестве консультанта. Я очень ценю ваши наблюдения над… — он улыбнулся, — над врагом.

— Я с удовольствием останусь, — сказал профессор Майкхилл, — но вам скорее нужен физик или биохимик.