— Люблю, — кивнула жена, пряча глаза.

— Ну вот, я шел, вижу цветы. Дай, думаю, порадую…

— Я тебе помогу, — подошла, помогла снять мужу пальто. Повесила его на вешалку. Быстро вернулась.

— А где дети?

— У бабушки.

Жена подошла вплотную к мужу. Обняла, положила голову на плечо форменного, с петличками налоговой инспекции, кителя. И вдруг часто зашмыгала носом.

— Ты чего? Заболела?

— Я? Нет.

— А что тогда с тобой?

— Просто… Просто помогаю снять пальто… Еще раз обняла мужа. Потерлась о плечо. Тщательно обнюхивая шею, голову и даже спину.

Пахло мужиком, пылью и дымом сигарет.

— Ты опять курил?

— Я?.. Нет.

— А почему дымом пахнет?

— Дымом? Наверное, пропах, когда в курилке стоял.

— Зачем стоять в курилке, если не курить?

— С ребятами поболтать. О том, о сем.

— А в кабинете нельзя?

— В кабинете? Нет, в кабинете нельзя. Там посетители. Ну и вообще…

— Ты же обещал на работе не курить. Только дома. Не больше трех сигарет.

— Ну так я…

— Не умеешь ты врать, Сережа. «Не умею, — подумал Сергей. — Действительно, не умею».

— Ты голоден?

— Как черт!

— Тогда пошли.

— Сейчас. Только руки вымою.

Муж проскользнул в ванную комнату. Открыл кран, плеснул на лицо пригоршню холодной воды, растер прохладу ладонями.

«Не умею врать. Не умею…» — снова подумал он.

Сунул голову под струю холодной воды. Взглянул на себя в зеркало. Усталое, затравленное лицо. С застывшей на нем неестественной, вымученной, виноватой улыбкой.

Права Татьяна, не умеет он врать. Лицо выдает. Улыбка эта ни к селу ни к городу. Глаза как у побитой собаки…

Сергей зло плеснул на зеркало воду. По его лицу и по отражению его лица в зеркале поползли капли воды. Как дождь. Как слезы…

Сергей вытерся, но из ванной комнаты не вышел. Присел на край ванны. Посмотрел на часы.