Зайцев оглянулся на него дико выпученными глазами, рванулся, пытаясь освободиться, и сильно пнул таксиста в лицо. Кольцов, кряхтя от натуги, оттащил его на пару шагов в сторону.
- Хватит, - сказал он. - Слышишь, Коля? Хватит! Ты ж убьешь его!
- Ну, может, и хватит, - тяжело дыша, ответил Зайцев. Он понемногу отходил, рука с монтировкой опустилась, и оскаленные, желтые от никотина зубы медленно спрятались под нависающими усами. - Не хочешь разок приложиться?
- Будет с него, - сказал Кольцов. Он вдруг понял, что хочет только одного: побыстрее убежать от этого места.
Они расстались недалеко от Трех Вокзалов. Удовлетворенный, успокоившийся Зайцев подобрал пассажира и уехал, на прощание махнув Кольцову рукой. Кольцов выкурил сигарету, сидя за рулем неподвижно стоящей у бровки тротуара машины и думая о том, что все сложилось не так уж плохо. Таксист получил по заслугам, и денек выдался на редкость прибыльный...
Подумав о прибыли, он ощутил все усиливающееся беспокойство. Что-то было не так, чего-то не хватало - чего-то привычного и очень важного. Не успев додумать эту мысль до конца, Кольцов испуганно схватился за левую сторону груди и обмер.
Бумажника во внутреннем кармане куртки не было.
Кольцов не стал теряться в догадках. Все было предельно ясно. Ему вспомнился бешеный бег по раскисшей от дождя земле, прыжки через рытвины, возня с рвущимся добить таксиста Зайцевым... Бумажник просто выпал из кармана распахнутой настежь куртки и теперь лежал где-то в осенней траве, медленно разбухая от дождевой воды и поджидая прохожего, который его подберет.