Она взглянула на Кая, чьи серые глаза расширились от изумления.

- Глаза?

- Ну да. Глаза того крошки млекопитающего... Когда я увидела в них страх и растерянность, я поняла, Кай, что ни за что на свете не брошу его. В его глазах было больше мольбы, чем в глазах Боннарда и Клейти. А та болотная кикимора, бр-р-р, у нее по сравнению с размерами черепа глазки такие крошечные... злобные бусины, в которых нет ничего, кроме голода... - Вариан передернуло от одного воспоминания. - Ну, а судя по глазам этого хищника... у Клыкастого страшный аппетит. Разумеется, из любого правила есть исключения - галормии оказались отвратительными лицемерными тварями...

- Ты участвовала в той экспедиции? Вариан скорчила гримасу.

- Да, я была самой юной участницей команды, засланной на Альдебаран-Четыре, - там мы их и нашли. Это было мое первое задание после окончания ксеноветеринарного колледжа. Знаешь, у них были такие ласковые глаза, - до сих пор эти ласковые глаза время от времени появлялись в ее кошмарных снах, - и на вид эти галормии были очень симпатичные, добродушные, совсем ручные - пока не наступала полная темнота... и тогда держись!

- Ночные кровососы...

- Вампиры! Высасывали кровь, а потом пожирали плоть... как тот, что покалечил Мейбл... Нет, на Мейбл напали не галормии. Зубы слишком большие.

- С какой стати ты назвала ее Мейбл?

- Я была знакома с одной особой, очень похожей на нее, - ходячий желудок, а не женщина, равнодушная ко всему, кроме еды, подозрительная и путающая все на свете. И к тому же довольно глупая.

- А как ты назовешь авиаторов?