– Извини, – сказала она, закончив разговор и отключив аппарат. – Надо было срочно дать указание своему представителю в Нью-Йорке… Наливай, выпьем за встречу!

– Насколько я понял, ты преуспеваешь в бизнесе, – сказал Земцов, наполняя бокалы темным коньяком и по-прежнему легко и многозначительно улыбаясь.

Ирина, всецело погруженная в собственный имидж, вздохнула, махнула рукой и взяла бокал.

– О каком преуспевании сейчас можно говорить? – риторически произнесла она. – Сейчас в бизнесе, как в космонавтике: главное, вовремя избавиться от отработавшей ступени… А ты как? Кем работаешь? Наверняка успел сколотить себе крупное состояние, живешь в особняке, катаешься на «Мерседесе», отдыхаешь на Мальдивах? Я даже не представляю, что такой баловень судьбы, как ты, может жить иначе.

Она говорила тоном, исключающим какое бы то ни было возражение, и Земцов понял, что она нарочно подталкивает его ко лжи, чтобы потом наслаждаться его унижением, когда он станет прокалываться на мелочах. И он ответил то ли шутя, то ли серьезно:

– Что ты, Ириша! Какой «Мерседес», какие Мальдивы? Коммуналка в «хрущевке», старый «Москвич» и отдых на шести сотках рядом с городской мусорной свалкой.

Ирина, упустив поводок, рассмеялась, взяла Земцова за чуб и посмотрела на него своими темными глазами.

– Ах, Земцов, Земцов, ты такой же забавный, каким и был!.. Леша! – обратилась она к телохранителю. – Ты выпьешь с нами?

– Извините, Ирина Юрьевна, – ответил тот. – Не смею себе позволить. Дорога сами знаете какая.

– Познакомься, – предложила Ирина Земцову. – Это мой телохранитель Леша.

Вешний и Белкин изображали танец маленьких лебедей. Три прыжка влево, три прыжка вправо, и при этом орали пионерский девиз:

– Не можешь – поможем! Не хочешь – заставим! Позорить отряд не дадим!