— Тогда, если это планета карликов, дорогой коллега, она еще больше обречена на порабощение. С карликами проще воевать. Мы легко их поработим. Не то, что целедалвов, будь они неладны.

— Воистину неладны.

— Проникнем в город. Узнаем больше об обреченных на порабощение аборигенах.

— Согласен с вами полностью, коллега.

Разведчики покатились дальше по высокой траве, пугая своим запахом ночных насекомых.

Город имел форму похожую на гексаэдр, увенчанный куполом, напоминающим тетраэдр.

— Какая примитивная конструкция, — заметил Шоген-Хуш. — На Гнекуце наши величественные строения-города имеют куда более сложную конструкцию.

— Но коллега Пукен-Чмар! Разве это не подтверждает лишний раз превосходство нашей расы? А тут живут примитивные карлики, у которых маленькие города, имеющие простую форму куба.

— Я согласен с вами, коллега Шоген-Хуш.

— Мои ментальные рецепторы зафиксировали раскрытый сегмент в этой стене города.

— Допрыгнем?

— Воистину допрыгнем.

Разведчики напрягли свои щупальца и резко рванулись к темному прямоугольному проему раскрытого сегмента стены неизвестно города.

Как только они влетели в это окно, то почти сразу наткнулись на что-то эластичное и состоящее из ячеек. Разведчики рухнули вниз, казалось на самое дно неизвестного города.

— Что это было, коллега?! — воскликнул Пукен-Чмар.

— Воистину не знаю! Но было похоже на паутину!

— Обреченные на порабощение аборигены плетут паутины? Какое вероломство!

— Воистину вероломство!

— Осмотримся, коллега. Я вижу механизмы! Но где мы?

— Возможно, это главная площадь города! Я тоже вижу механизмы!

Разведчики осторожно двинулись вперед. Площадь была не очень большая по их меркам, но почти вся заставленная ровными рядами каких-то механизмов, размерами вдвое меньше чем прибывшие разведчики, а на противоположном краю площади стояло что-то высокое, узкое, многогранное и прозрачное.