Работы философов о трансцендентности и исследования поведения, проведенные психологами, тоже не дают ответа на этот вопрос, потому что любая красота, ее возникновение и открытие чисто случайны. Случай относителен, только побочные проявления абсолютны, и нельзя также утверждать, что событие можно описать, прежде чем оно произойдет. Этого не может даже сам великий автор Великой Книги Мира.

«Это женщина?» — спросил себя Стелло.

Голос раздражал его, так же как накидка и маска. Была ли под складками этой накидки плоть, которую он мог ощутить под руками, а под маской губы, которые он мог поцеловать и сунуть между ними свой язык? Но были ли губы и плоть так важны, было ли знание тайны таким же привлекательным, как и процесс ее разгадывания?

— Семь лун наблюдают за нами, — продолжил голос. — Согласно древнему соглашению, написанному на древнем языке, они исполняют каждое наше желание. Маска и соответствующий танец — больше нам ничего не надо.

— Я знаю, — сказал Стелло, погрузившись в мысли; он почувствовал, что давление накидки на его руку усилилось.

Была ли это женщина или по крайней мере существо женского пола? Как эти существа думают: анализируют, суммируют, выражают мысли?

В каждом из миров этот вопрос встает вновь и вновь, эта проблема требует своего специфического решения. Здесь было нечто большее, чем просто проблема, это было мучение.

— Каждая маска — воплощение просьбы, — сказал голос. — Пурпурная маска просит одиночества и мира. Смарагдовая маска жаждет знаний. Золотая маска требует любви. А жемчужная маска…

Голос четко артикулировал слова, словно читал лекцию маленькому ребенку. Стелло воистину был маленьким ребенком.