В колыбели лежал росток, несколько черных прядок прилипли к влажному черепу. Черты его лица, казалось, еще не до конца сформировались. Глаза закрыты, так что судить об их сходстве с его собственными затруднительно. Нос? Вместо носа — едва наметившийся бугорок. Брасид был в недоумении. Как Ахрон и другие няньки их различают? Для Брасида все дети были на одно лицо — пока не достигали того возраста, когда положено проходить тесты. Возраста, когда уже можно определить их психологические и физические качества.

— Ну, разве он не похож на тебя? — проворковал Ахрон.

— Гм… да.

— Ты испытываешь… гордость?

— Честно говоря, нет.

— О, Брасид, как ты можешь быть таким бесчувственным?

— У тебя особый дар. А для моей работы он не нужен.

— Я тебе не верю. Правда, не верю… Тихо. Ираклион пришел.

Брасид оглянулся и увидел высокого человека в белых одеждах в дальней части помещения. Врач плавно и с достоинством поклонился, отвечая на приветствие молодых людей — и жестом поманил Брасида. Не забывая о тишине, молодой человек прошел между рядами кроваток и приблизился к доктору.

— Ты ведь Брасид, не так ли? — спросил Ираклион.

— Да, доктор.

— Что ты здесь делаешь, сержант?

— Просто зашел с визитом, вместе с Ахроном.

— Я не одобряю этого. Наше занятие требует особой… деликатности. Я не желаю, чтобы ты слонялся по помещениям.

— Я не стану делать этого, доктор.

— Отлично. Спокойной ночи, сержант.

— Спокойной ночи, доктор.

Наблюдая, как высокая фигура врача удаляется по коридору, Брасид покачал головой. В нем заговорил полицейский: «А что он, собственно, скрывает?»

Но в этот момент один из младенцев проснулся, а за ним и остальные сорок девять. Брасид коротко махнул рукой Ахрону в знак прощания и устремился в ночную тьму.

Глава 3

Брасид медленно шагал по безлюдным улицам к казармам полиции.