Кэшер его понимал.

Во время обеда случилась одна любопытная вещь. Уже под конец Кэшер небрежно подкинул вопрос:

- Квазичеловек может отдавать приказы роботам?

- Конечно, - ответил юный зам. - Поэтому мы ими и пользуемся. У квазилюдей больше инициативы. Они передают наши приказы роботам.

- Это не совсем то, что я имел в виду, - улыбнулся Кэшер. - Возможно ли, чтобы приказ квазичеловека стал для робота важнее приказа настоящего человека?

Юный зам начал было отвечать, не прожевав как следует, - у него были не слишком рафинированные манеры, - но потом вдруг остановился, глаза его стали похожими на большие монеты. Он произнес сквозь остатки обеда во рту:

- Вы все время стараетесь свернуть разговор на эту проклятую планету. Так вас и тянет. Это ваш конек. Ну и сидите на своем коньке. Если повезет, улетите отсюда живым. Только я в эти дела лезть отказываюсь - ваши и этой несчастной планеты с ее ненормальным управляющим и его планами безумной ненависти. Я хочу отсюда убраться в надлежащий момент - и все. Молодой человек решительно вернулся к еде, опустив глаза в тарелку. Кэшер хотел перевести инцидент в шутку, но не успел, сзади подошел робот-дворецкий, наклонился к Кэшеру:

- Почтенный господин, я услышал ваш вопрос. Можно мне ответить?

- Конечно, - тихо согласился Кэшер.

- На всех цивилизованных планетах, - не повышая голоса, но отчетливо сказал робот, - это совершенно невозможно. Но на Генриаде это возможно.

- Почему?

- Сэр, позвольте обратить ваше внимание на вот эти свежие артишоки, увильнул дворецкий. - Я не уполномочен на посторонние разговоры.

- Благодарю, - Кэшер с трудом сохранял невозмутимый вид.

Вечером ничего особенного не произошло. Майклджон проснулся, напился и снова заснул. Кэшер был приглашен разделить компанию с управляющим. Управляющий о деле с девушкой не упоминал, но один раз он все-таки не сдержался.