- Привет, приятель. Сейчас ты сможешь получить удовольствие. Внутри купола оно бы убило тебя. Есть что-нибудь для меня?

Мерсер запнулся, не понимая, что имеет в виду Б'Дикат, но за него тут же ответил двуносый:

- Мне кажется, у него есть прелестная детская головка, но она еще недостаточно велика, чтобы вы могли ее забрать.

Мерсер не заметил, как игла коснулась его руки.

Б'Дикат уже отошел к другим, когда суперкондамин встряхнул Мерсера. Ему захотелось побежать за Б'Дикатом, стащить с него свинцовый скафандр и сказать, что любит его. Он сделал шаг, споткнулся и упал, но боли не почувствовал.

Девушка со многими телами упала рядом с ним. Мерсер обратился к ней:

- Разве это не замечательно? Вы - красивая, самая-самая красивая на всем свете. И я так счастлив, что нахожусь здесь.

Женщина, покрытая отросшими руками, подошла и села возле них. Она излучала тепло и дружелюбие. Мерсеру показалось, что она выглядит утонченной и очаровательной. Он стал сбрасывать с себя одежду. Глупо и высокомерно носить эту дрянь, когда никто из этих милых и прекрасных людей вокруг него не одет.

Обе женщины что-то лепетали и тихо напевали. Последним трезвым закоулком своего сознания он понимал, что они ничего не говорят, а просто выражают эйфорию от наркотика, столь могучего, что вся Вселенная запрещает даже употреблять его название. Его рассудок был затоплен внезапно нахлынувшим счастьем. Мерсер подумал, насколько он удачлив, оказавшись на такой прекрасной планете. Он попробовал поделиться этим с леди Да, но язык его заплетался, и слова были не разборчивы.

Внезапная острая боль поразила его в брюшину. Наркотик тотчас же снял ее. Это напоминало действие колпака наслаждения в госпитале, но было в тысячу раз приятней. Боль исчезла, хотя поначалу и была непереносимой. Он заставил себя собраться. Отбросив все лишнее, сказал розовым и голым дамам, лежавшим рядом с ним в пустыне:

- Это был хороший укус. Возможно, я отращу еще одну голову. Это порадует Б'Диката!