- Мэри! - закричал он, позабыв об интеркоме.
- Из-за меня влипли, мне и расплачиваться. Лучше пойти на дно в бою. - Слова она выбрала отважные, но голос предательски дрожал. - Прощай, друг! Удачи тебе!
Дрин наполовину высунулся из воды и, дыша как в параличе рыба, следил за столкновением человеческих кораблей. Раздался ужасающий треск дерева и скрежет металла. Как в замедленном фильме, таран вздыбился над подлодкой, и каменные стены передали Дрину адскую какофонию - это киль субмарины стачивался о твердое дно канала. Инерция несла оба гибнущих судна по каналу; почти не теряя скорости, они, точно поршень, двигались на ворота дамбы.
Для Дрина оставаться на месте означало верную гибель. Он соскользнул в воду и что было сил поплыл к воротам. Может, сошедшиеся в смертельном поединке исполины остановятся прежде, чем он доберется туда.
Едва Дрин очутился под водой, на него обрушился кошмарный, душераздирающий треск. Загрязнение! Похоже, пробит корпус подлодки. Лейтенант вынырнул и оглянулся. Из воды торчали хвост и нос субмарины. Корабль первобытников все наползал на один из фрагментов лодки, а потом завалился набок, уперевшись тараном в стену канала. Кормой он ударился в противоположную стену; с пронзительным скрежетом и треском отломился таран, и разбитое весельное судно застряло накрепко. Как рыба из разорванной сети, посыпались люди; некоторые были ранены обломками весел. Вся эта куча мала остановилась в какой-то к-едйнице от ворот.
- Мэри? - крикнул Дрин в интерком.
Никакого ответа. Из выступавших над водой обломков сочился дым - это разрушение нагревательных устройств весельного судна вызвало пожар, а может, взорвалась энергетическая установка на подлодке.