Между тем для каннибалов это была вовсе не прихоть, а, наоборот, крайняя необходимость. Они слишком быстро размножались, и без спасительной привычки питаться друг другом им грозило чудовищное перенаселение и голодный мор.

Однако Наблюдателю, которому пришлось столкнуться с этой привычкой вплотную, не помогли никакие предварительные тренировки на все случаи жизни, и опыт предыдущих удачных высадок тоже не помог. От чавканья, рычания и шипения жира в очаге у Наблюдателя помутилось в голове (которой у него в тот момент не было), и он, не завершив исследования, впал в тяжелый стресс, из которого не вышел и до сих пор, хотя прошло уже достаточно много времени. Возник вопрос, не следует ли свернуть экспедицию, которая началась так неудачно и вряд ли кончится добром. Противники продолжения полета требовали повернуть домой немедленно, даже несмотря на присутствие на борту резервного Наблюдателя, который был предусмотрен как раз на такой случай.

– Резервный Наблюдатель молод и неопытен, – говорили они. – Ему ни разу не приходилось действовать в условиях реальной высадки. А вдруг на этой планете тоже живут каннибалы, тогда вся наша авантюра закончится тем, что мы потеряем еще одного собрата и покроем себя вечным позором перед лицом потомков.

– Мы скорее покроем себя вечным позором, если отступим при первых признаках опасности, – возражали оппоненты. – Нельзя прерывать экспедицию только потому, что один разведчик вышел из строя в аномальных условиях.

– Но ведь это не простой разведчик, а Наблюдатель, который ранее совершил 69 успешных высадок. Все мы знаем, как отбирают кандидатов в Наблюдатели и как их тренируют. Не понимаю, как такое вообще могло произойти. Чтобы разобраться, мы должны вернуться домой и провести расследование в стационарных условиях.

– Может быть, дело именно в этом. После 69 удачных высадок Наблюдатель расслабился и решил, что ему все по плечу. Тут его и подстерегала опасность. Ну а его молодой коллега только что окончил учебу, и все положения Устава и инструкций по технике безопасности еще свежи в его памяти.