Это был не городской дроид, а модель «вещатель», не более десяти-двадцати сантиметров диаметром. Такие используют владельцы подпольных развлекательных каналов. Дроид летал по периметру ямы, высматривая офицеров или дроидов-ищеек. Оби-Ван внимательно посмотрел вверх и заметил, что над верхним куполом зависли по меньшей мере еще шесть крошечных дроидов.

Трое из них летели клином над куполом менее чем в ста метрах от того места, где стоял Оби-Ван.

Эти дроиды наверняка охраняли вход на случай, если чиновники вдруг наплюют на взятки и решат прихлопнуть эти гонки.

И они, несомненно, указывали на турболифт, в котором Оби-Вану надо было спуститься, чтобы найти Анакина.

Следующее «ныряние» в яму было отложено до тех пор, пока наблюдатели не убедились, что служебный дроид не переместился на следующий уровень. Тоннельный мастер был очень расстроен задержкой, отчего воздух наполнился тошнотворным гнилостным запахом.

Анакин напомнил себе, что он — палаван, и проигнорировал смрад, все внимание сфокусировав на пространстве между экранами. Гонка могла начаться в любой момент, и ему нужно было следить за воздушными течениями и предчувствовать расположение контейнеров, бесконечной процессией вылетающих сквозь различные точки ускорения.

Кровавый резчик начал доставать Анакина. Его раздражение из-за задержки выплескивалось в то, чтобы всячески поддевать мальчишку, который стоял рядом с ним, и Анакину пришлось защищаться, чтобы показать, что он стоит здесь не в качестве декорации.

— Меня воротит от вони рабов, — сказал кровавый резчик.

— Тебе не надоело нести чепуху? — ответил Анакин.

Оружия у него не было, разве что миниатюрный паяльник, который вряд ли помог бы ему справиться с резчиком — тот был тяжелее мальчика на несколько десятков килограммов.

— Я отказываюсь состязаться с низшим созданием, с рабом. Это позорит весь мой народ и меня лично.