Тоннельный мастер издал отрывистый завывающий звук — выругался на своем языке — и приказал гонщикам вернуться в тоннель. Летающий обслуживающий дроид проводил проверку этого уровня. Сверху, с козырька, дроид казался маленькой точкой, мошкой, которая добавляла тонкое жужжание в рев и свист уносящихся вверх контейнеров.

Управляющих еще можно было подкупить, а вот дроидов — никак. Пришлось ждать, пока дроид не улетит на следующий уровень.

Еще один залп пронесся сквозь экраны, заложив уши гонщикам. Голубые ионные хвосты, как фантомные змеи, вились между выпуклым верхним и вогнутым нижним щитами.

— Поживи еще немного, — прошептал кровавый резчик Анакину, — маленький мальчик, от которого воняет рабом.

Хоть Оби-Вану Кеноби и не нравилось это, он поставил себе задачу: разузнать все, что связано с нелегальными соревнованиями, и разведать ходы и выходы на все мусорные кучи, расположенные в радиусе ста километров от Ордена. Анакин Скайуокер, его подопечный, его забота и ответственность, был одним из лучших падаванов в Ордене — сбывалось предсказание Куай-Гон Джинна, — но словно в довесок к этому предсказанию, как противовес чересчур сильному, но однобокому таланту мальчика, за Анакином тянулся шлейф недостатков.

Его тяга к скорости и победе была самой ярко выраженной и опасной. Наверное, Куай-Гон Джинн подстегнул ее в мальчике, позволив ему участвовать в гонках три года назад на Татуине.

Но сейчас Куай-Гон по головке его не погладил бы.

Как Оби-Вану не хватало этой непредсказуемой веселости его учителя! КуайГон так больно задевал его, казалось бы, просто насмешками и подколками, а позже приходило глубокое философское осмысление ситуации.

Будучи учеником Куай-Гона Джинна, Оби-Ван стал одним из самых способных и уравновешенных рыцарей-джедаев в Ордене. При всех своих талантах Оби-Ван в детстве не был похож на Анакина: не был столь стремителен и активен.