Жак вскочил на ноги и прижал палец к губам:

— Тихо!

Длинные ресницы девушки удивленно, но послушно, опустились.

— В коридоре только один охранник? — спросил Жак, беря в руку стеклопластиковую тару.

— Да, но как вы освободились? — девушка постепенно приходила в себя. — Это ведь невозможно.

— При определенных обстоятельствах, возможно все, — лаконично ответил Жак, не желая вдаваться в подробности. — Система слежения, очевидно, не работает?

Девушка кивнула:

— Её отключили уже довольно давно из-за каких-то неполадок.

Что ж, Жак все прекрасно понимал: для постоянной слежки за заключёнными нужно приставить к аппаратуре слежения, как минимум двух людей, а это двое лишних членов экипажа, доля которых вычитается из прибыли. Следить за надёжно скованными узниками — занятие почти бесполезное, с точки зрения местного экономиста. Плюс дополнительные расходы на ежегодную профилактику.

— Много заключённых в других камерах?

— Нет, всего четверо. Но не хочет же господин выйти отсюда без разрешения? — в голосе девушки явно слышался испуг.

— Именно это я и собираюсь сделать. Пираты не заработают на мне ни единой кредитки, — уж в чём-чём, а в этом Жак был просто уверен на все сто процентов.

Немного повозившись с оковами старика, Жак занял позицию возле двери — времени до возвращения охранника оставалось совсем чуть-чуть.

— Это было похоже на разряд электрического тока, — пробормотал старик, имея в виду способ освобождения. — Я с таким ещё не сталкивался. Ты случайно не робот?

— Если бы я был роботом, — ответил Жак, — то не стал бы ждать, пока мне откроют дверь с другой стороны. Тихо!

Теперь даже через переборку можно было услышать лёгкую поступь приближающегося охранника.

Ещё одно мгновение — и пират, получив сокрушительный удар, рухнул на пол без единого звука. Жак тщательно обыскал противника — с оружием не густо. Один шокер и больше ничего. Много не повоюешь. На всякий случай Жак перевел рычаг мощности на максимум — это вселяло хоть какую-то надежду на выживание.