Ведя шаттл к планете, тетя Салли раскуривала сигару, краешком глаза наблюдая за Мэрфи. Он не переносил табачного дыма, и уже одного этого было достаточно, чтобы закурить именно здесь и сейчас. Наконец сигара затлела, и Мэрфи сморщил нос. Он, конечно, выразил бы свое неудовольствие и более энергично, если бы осмелился. Тетя Салли усмехнулась. Плевала она на него. Может, он и капитан охраны, но это ее шаттл.

Для Марлы снижение поначалу проходило гладко. Однако спустя некоторое время эффект действия станера пошел на убыль, и тогда стало гораздо хуже. То, что чувствительность восстанавливалась с каждым мгновением, должно было бы обрадовать Марлу, но, увы, только не сейчас. Она всегда плохо переносила полеты, и ее трансформация в киборга ничего в этом смысле не изменила. Чем дальше шаттл углублялся в атмосферу, тем сильнее его подбрасывало, а вместе с ним и пассажиров, болтающихся в сетке для доставки хрупких грузов. У Марлы закружилась голова. Стиснув зубы, она изо всех сил боролась с тьмой, грозившей затопить ее сознание. Прошедшие боевую подготовку суперкиборги класса три не падают в обморок.

Тем временем Ренн начал приходить в себя, застонал и попытался перевернуться.

«Это хорошо, — подумала Марла, — один Бог знает, что нас ждет внизу».

Тут шаттл провалился в воздушную яму, камнем полетел вниз, и спасительная тьма наконец затопила сознание Марлы.

В первое мгновение Ренн подумал, что просто перешел из одного ночного кошмара в другой. Перед глазами все еще маячил огромный, нацеленный прямо в лицо кулак Мэрфи, в ушах раздавались смачные звуки ударов. Безжалостное избиение продолжалось долго, очень долго. Так долго, что смерть стала казаться единственным и даже желанным исходом, который в конце концов и наступил — мгла накрыла Ренна с головой. Однако сейчас на него снова обрушилась лавина самых разнообразных ощущений, отнюдь не похожих на те, которые, по его мнению, может испытывать человек, находящийся на том свете. Ну, боль — это еще куда ни шло; может, там так и положено. Но с какой стати его все время трясет и подкидывает? Или он… все еще жив? Эта мысль привела Ренна в уныние.