— Он знал, — проговорила Верховная Правительница, почти одобрительно. — Кабина не упала. Удалитесь.
Раздвинулась вторая каменная стена. Матери Городов, а также гигантские охранницы почти беззвучно скрылись за ней, и стена вновь сомкнулась. Оставшись одна, Мать Сарна увидела, как стали гаснуть огни в дальнем конце длинного коридора.
И вновь перед Матерью предстал Эсир — не просто нечто черное, но сама воплощенная тьма. Фигура высотой в семь футов, своими очертаниями похожая на человеческую, но мало в ней было от человека.
Гонкие губы Верховной Правительницы скривились в улыбке.
— Ты уменьшился в размерах, Эсир. Неужели тебя покинули духи тех миллиардов погибших, о которых ты говорил?
В ее сознании зазвучал голос, вежливый, но немного насмешливый:
— Наверное, так оно и есть; я пришел к тебе, чтобы потребовать освобождения двух пленников, в которых нуждается мой народ. И еще — вероятно, для того, чтобы ты и те, кто ожидает меня в пяти соседних помещениях, могли познакомиться со мной получше. Ведь я объединил в себе воли миллиардов свободолюбивых землян, о Мать Сарна.
— Здесь нет людей, а сарниане не нуждаются в подобных сказках, раздраженно возразила Мать.
— Это не сказка, это чистая правда. Мое появление стало возможным только благодаря их совместным усилиям.
Мать Сарна кивнула.
— Воля и знания. Да, это возможно. Мы должны найти новое равновесие, я и ты.
— Не я и ты, а моя раса и твоя, — поправил ее Эсир. — Если бы речь шла только о нас с тобой, все бы закончилось в одно мгновение. Просто ты со своими планами рухнула бы в такую пустоту, о которой не ведают ни люди, ни сарниане.
— А ты?
— А я бы остался.
— Да, — согласилась Бессмертная. — Так и могло случиться. Но при этом твой народ погибнет, а мой уцелеет.
— Нам нет нужды обмениваться подобными угрозами, мы прекрасно понимаем друг друга. У людей есть одно большое преимущество перед сарнианами: некоторые из моих собратьев уже могут разговаривать между собой, а я изучил и другой вид телепатии — сарнианской. В отличие от Грейта, я могу беседовать с тобой.