- Госпожа моя, не дашь ли ты мне свой знак, чтобы я мог пойти с ним в схватку?

- С радостью, мой милый.

Она отколола от груди розу и вручила Ламораку. Ламорак поцеловал цветок; Моргауза протянула ему руку. Ей приятно было сознавать, что ее молодой рыцарь - один из самых красивых среди присутствующих здесь мужчин.

- Ты совсем приворожила Ламорака, - заметила Моргейна. Хотя Моргауза и вручила молодому рыцарю знак своей благосклонности на глазах у всего двора, бесстрастное замечание Моргейны заставило ее покраснеть.

- Ты думаешь, я нуждаюсь в чарах или заклинаниях, родственница?

Моргейна рассмеялась.

- Мне следовало бы выразиться иначе. Но молодых мужчин, по большей части, не интересует ничего, кроме прекрасного личика.

- Знаешь, Моргейна, Акколон ведь моложе тебя, но так тобою увлечен, что даже не взглянет на женщин помоложе - и покрасивее. Только не подумай, моя дорогая, - я вовсе не собираюсь тебя упрекать. Тебя выдали замуж против твоей воли, а твой муж годится тебе в деды.

Моргейна пожала плечами.

- Иногда мне кажется, будто Уриенс все знает. Быть может, он рад, что я завела такого любовника, который не станет подбивать меня бросить старика мужа.

Слегка поколебавшись - после рождения Гвидиона она ни разу не разговаривала с Моргейной на столь личные темы, - Моргауза все-таки спросила:

- Так что, вы с Уриенсом не ладите?

Моргейна вновь пожала плечами - все так же безразлично.

- Пожалуй, Уриенс слишком мало меня волнует, чтоб думать, ладим мы или не ладим.

- Как тебе твой Гвидион? - поинтересовалась Моргауза.

- Он меня пугает, - призналась Моргейна. - И все же он настолько обаятелен, что перед ним трудно устоять.