
– И что толку в этом? Димерея или нет, но надо думать, как выбираться отсюда будем. Куда-нибудь поближе к цивилизованным местам… Ежели такие здесь имеются. Признаться, граф, за последнее время океан мне несколько… – Он брезгливо поджал губы, подыскивая нужное слово: – несколько надоел. Вы ведь можете сотворить – или как это у вас называется? – весла там, может быть, уголь, мотор. Поплывем на солнце – так дольше будем находиться в световом дне… Парус, в конце кон…
– А вот обратите-ка внимание, мастер охранитель, – вдруг перебил Сварог и вскинул руку. – Это что такое, по-вашему?
Рошаль резко обернулся. – Пресветлый Тарос!..
Это перло на них со стороны солнца – темное, матовое, непонятное. Но, никаких сомнений, то был корабль, и корабль военный – изящных акульих форм, с приплюснутой надстройкой, ощетинившийся длинными тонкими трубками по обоим бортам – несомненно, стволами орудий – и малопонятными металлическими спиралями. Силуэтом он более всего напоминал старый добрый катерок «Метеор», каковые кое-где бороздят прибрежные водные просторы Советского Союза, вот разве что выкрашенный в темный цвет и водоизмещением разиков в пять поболее, – и с некоторой оторопью Сварог, когда темная махина приблизилась к плоту на расстояние полулиги, заметил, что и этот пароход снабжен подводными крыльями, но не было ни шума моторов, ни стрекота винтов, корабль летел на них почти бесшумно, как мираж, лишь свистела и клокотала рассекаемая крыльями вода, да доносилось странное потрескивание, как будто там, на борту, кто-то рвал исполинские листы бумаги…
– Первый раз вижу, – сдавленно пробормотал Рошаль. – Но, по-моему… по-моему, это морское судно… Если только не моррог…
– Представьте, я того же мнения.
– Так какого дьявола вы сидите?! – охранитель вскочил на ноги. Плот заходил ходуном. – Сигнал надо подать, они нас не видят, размажут ведь по волнам!..
Было поздно. Стволы по левому борту «Метеора» окутало белесым дымом, секунду спустя донесся грохот орудийных выстрелов, и тут же стало ясно, что никакой это не мираж и не фата-моргана.
