— Ну, Вик, не принимай это в штыки, — миролюбиво сказал Майкл. — Просто Эрни с отцом приглашают на все такие мероприятия — они ведь не последние люди в нашем округе. Ну и существует, конечно, обратная связь… Ты же знаешь, как это делается у нас, в Чикаго.

Да, это я знала.

— Так что не стоит заводиться. Просто они просмотрели программку и увидели твое имя. А они же знают, что мы с тобой… ну, скажем так, друзья. Вот и спросили у меня.

— Ну хорошо, с этим все ясно, — согласилась я. — Просто меня всегда удивляет, когда разные стороны моей жизни вдруг оказываются… на одном крючке.

— Да, мне знакомо это чувство, — примирительно сказал Майкл. — Знаешь, я подумал, а не поехать ли и мне с тобой. Для них там чем больше народу, тем лучше.

Я так долго молчала, что это могло показаться даже невежливым.

— Я подумаю об этом, — вымолвила я наконец. — Хотя… знаешь, ты мог бы мне кое в чем помочь. — Я коротко рассказала ему про Элину. — Я не хочу с ней жить, мне бы только выяснить, где она и что с ней.

— Вик, это не так просто. Ты же чертовски хорошо знаешь, я не могу обратиться в транспортный отдел без весомой причины. Если же сам начну проверять маршрутные листы и разговаривать с водителями, их профсоюз уже через час будет у дверей дядюшки Бобби, вопя о вмешательстве.

— Может быть, мне позвонить Бобби и поговорить сначала с ним?

Бобби Мэллори был не только крестным отцом Майкла, он был еще и протеже моего отца, лучшим его другом во всем полицейском управлении. Ради меня он, конечно, не станет возиться с Элиной, но ради Тони вполне может согласиться.

— Нет, не надо, — поспешно сказал Майкл. — Знаешь, давай лучше сделаем так. Я передам это в полицейские управления Медисон и Ближнего Южного района, попрошу их последить и сразу сообщить мне, если она объявится.

— Но я не хочу, чтобы к ней принимались какие-то меры, — предупредила я его.