Думаю, без него мне вряд ли удалось бы найти поместье Бутса; во всяком случае, пришлось бы изрядно покружить. Вход в усадьбу — с извилистой улочки без названия — был скрыт за оградой из кустарника, я его и не заметила. Поэтому для меня явилось полной неожиданностью, когда Майкл на скорости в шестьдесят миль резко тормознул и, круто свернув, скрылся в дыре кустарниковой изгороди. Я вынуждена была повторить его кульбит. Ох, мальчишки всегда мальчишки!

Он подождал меня у ворот — примерно в десяти футах от двери, в которую я тоже нырнула. Кустарник, вытянувшийся вдоль подъездной аллеи, скрывал десятифутовую ограду, примыкающую к воротам. А на случай, если бы кто-то попытался прорваться через такую защиту, у ворот стояла парочка помощников шерифа, готовых пристрелить любого незваного гостя.

— Извини, Вик, — с виноватым видом произнес Майкл. — Мне казалось, этот поворот должен быть дальше, примерно через полмили. Я не должен был выкидывать такой опасный трюк.

Один из помощников шерифа потребовал мое приглашение, и Майкл тут же вмешался.

— Оставьте ее, она со мной, — сказал он.

— До сих пор я как-то этого не замечала, — отпарировала я и полезла в карман за приглашением. Но охранник махнул рукой, даже не взглянув на него.

Предположение, что я якобы завишу от Майкла, не улучшило моего настроения. Я снова забралась в «шеви» и, пока Майкл, прохаживаясь вокруг своего «корветта», болтал с мужчинами, так рванула вперед, что гравий брызнул из-под колес. Я еще успела заметить, как Майкл садится в «корветт», но тут поворот дороги вывел меня на неширокое шоссе, с обеих сторон окаймленное деревьями.

В это лето многие посевы погибли от засухи, но Бутса, похоже, это не коснулось. Листва на деревьях была пышной, ярко-зеленая трава — густой. Вдали виднелось кукурузное поле. Конечно, если ты председатель окружного совета, всегда можно позаботиться о том, чтобы на твои владения регулярно подавалась вода.