Разве не видишь? Будь это не так, тут полно было бы всякого мусора. На стене вон там еще висел бы телек, но даже кронштейн вырвали. Пластиковые панели на стенах тоже исчезли. Так же, как мы, другие ловкачи забрали и увезли все полезное. Вряд ли мы что-нибудь найдем… — Сергею пришлось взойти на лестницу, что вела на второй этаж. Он быстро огляделся, ловя в звуковом фоне необычные колебания, и решил, что безопасно.

Тогда рейдер взобрался на остов перил и, балансируя, принялся срезать кабели. Пришлось вытянуться максимально, рискуя грохнуться, но в итоге ему досталось два обрезка длиной три метра каждый. Все добыча. В условиях, в которых живут люди на Земле, каждая мелочь в кассу. Силовой кабель в толстой оболочке, ранее бывший частью энергосети небоскреба, теперь так или иначе послужит колонистам Бастиона.

Сергей свернул добычу в два кольца, перевязал их скотчем, чтобы не размотались, и передал Тому.

Тот повесил импульсную винтовку на плечо и скорчил кислую мину. Его третий рейд не обещал закончиться ничем примечательным. Ни разборок с конкурентами, одичавшими бродягами, ни танцулек с мутантами в лабиринтах мертвых кварталов. Как всякий новичок, он наслушался от ветеранов всяких историй, и тоже захотел быть героем. Не стыдно. Нормально. Если ты мужчина, ты должен хотеть драки, потому что это значит, что ты здоров. И хотя в Бастионе, само собой, не придерживались деления на касты, но бойцы Службы Безопасности были все равно что кшатрии, воины. А воин, как известно, совершает подвиги. Так думал не только Том, брат Сергеевой жены Лики, но и все шестнадцатилетние сопляки. Лишь после первой серьезной передряги они меняли свое мнение. Кто-то разочаровывался, кто-то оставался доволен, кто-то становился осторожным философом, обретая умение называть вещи своими именами. Осторожность — не трусость. То, что Сергей не позволил сходить за "гориллой", лишь указывало на его опыт. Том не дурак, чтобы этого не осознавать.