Всё и впрямь было спокойно: Жезл Желаний возвышался на столе рядом с опустевшей бутылкой, а рядом, на диване, зябко свернувшись, мертвецким сном спал низкорослый африканец в свитере, трусах и разноцветных носках — одном шерстяном и одном простом. Спал и не слышал постепенно растворяющиеся вдали голоса:

— Учитель, вот я давно хотел спросить: а чего он, Жезл Желаний этот такой формы? Уж можно было бы, кажется, что-нибудь поприличнее…

— Сие для того, чтобы такие, как ты, не обретшие подлинной мудрости маги ни на секунду не забывали о том, что волшебство — дело тёмное: иной раз и хочешь-то добра, а вот получается…