Затаившийся в темноте наверху Рейт удивленно задал себе вопрос, не спит ли он еще? Но его печальное и незавидное положение было вполне реальным. Он сидел в западне. Дверь над собой он открыть не мог. Может, ее не откроют еще неделю. Нечего было и думать о том, чтобы сложиться, как летучая мышь, и ждать. Хочешь, не хочешь, а надо принимать решение. Он посмотрел вниз на коридор. Мерцание танцующих огоньков было уже далеко и слабо различалось. Рейт спустился по веревке вниз и длинными скользящими шагами пошел за светящимися точками. Планом для него служила лишь одна мысль; даже не мысль, а, скорее, отчаянная надежда: отделить одну из темных фигур и как-нибудь заставить вывести его на поверхность. Над его головой появился первый из сине-белых фонарей; его свет был более тусклым, чем лунное сияние. Но этого свечения хватало для того, чтобы указывать путь между колоннами, возвышавшимися с двух сторон и подпиравшими своды.

Вскоре Рейт догнал четверых неизвестных. Шли они совсем медленно, удивленно и настороженно осматривая коридор по обеим сторонам. Рейт почувствовал какую-то сумасшедшую радость, как будто он был уже мертв и недосягаем. Ему пришла в голову мысль поднять обломок камня и бросить в идущие впереди фигуры. Истерика! Это желание моментально его отрезвило. Если он хочет выжить, надо взять себя в руки.

Четыре фигуры продолжали скользить вперед и перешептываться. Прыгая из тени в тень, Рейт приблизился к ним на максимальное расстояние, чтобы быть готовым действовать, если один из них вдруг отойдет в сторону. Кроме одного раза в тюрьме в Пере, да и то мельком, ему не доводилось видеть пнумов. Те, что были в Пере, казались, насколько можно было судить по фигурам и повадкам, похожими на людей.