Директор обомлел.

- Как? Еще двух упустили? Или, может быть, вы их и не изготавливали? А отдел контроля куда смотрел? Ищите! Сборщиков перетряхните! Синтезаторов! Они могли для своих нужд зажать! Учтите, роботы - не воробьи, летать пока еще не умеют! У меня план! Чтобы все выяснили и через час доложили! Ясно?

- Так точно, Юпитер Иванович, все ясно, - пробормотал Репудинов, пятясь к дверям кабинета, но выйти, однако, не успел.

Двери вдруг распахнулись. Из приемной послышались возмущенные голоса. Раздался пронзительный визг Лизочки. Возгласы:

- Гражданин! Вы куда? Нельзя! И в кабинет директора ввалилась совершенно голая бородатая личность.

Близоруко щурясь на экраны видеофонов, личность смущенно уставилась на директора.

- Извините великодушно, я, кажется, опять не туда попал, пробормотала голая личность. - Что делать? Не знаю! Брожу как неприкаянный. Ничего не понимаю! Ничего не помню! Кто я? Зачем? От этих слов у Репудинова волосы на голове встали дыбом, а директор вдруг подпрыгнул в своем кресле.

- Та-а-а-ак! - протянул он, глядя сквозь Репудинова куда-то в даль, и, указав на кресло, радушно добавил: - Присаживайтесь, милейший. Откуда вы к нам?

- Я, знаете ли, оттуда, - как-то неопределенно мотнула головой бородатая личность в направлении цеха готовой продукции.

- Вы, наверное, с побережья? - вмешался Репудинов, в голосе которого еще теплились искры надежды, а в голове уже в панике метались мысли: "Конец квартала! Завод лихорадит! Всеобщая спешка! Неразбериха! Разве только я виноват? И куда смотрели? А сколько их еще будет? И что будет?"

Однако, острому взгляду Барбалеева ситуация уже стала предельно ясна.

- Лопухи! Бракоделы! - взревел директор. - Опять вместо робота человека синтезировали!