Я лично склонен думать, что они вернулись обратно во Время. Во всяком случае, они правили здесь в течение двадцати тысяч лет, и за это время от земной культуры в том виде, какой вы ее знаете, не осталось ничего. Но главное – они изменили саму природу человека. Здесь обитают теперь вялые, покорные и совершенно безвольные существа. Самый обыкновенный Человек двадцатого века с некоторыми задатками авантюриста мог бы творить здесь все, что ему вздумается. Вы слушаете меня?

– Что? А, ну да, естественно. Какая изумительная девушка! – глаза Боба все еще были устремлены на удалявшуюся особу.

– Кто? Ах, да, но она ничем особенным здесь не выделяется.

– Трудно поверить.

– Она вам нравится? Отлично, она ваша.

– Как?!

– Она рабыня. Успокойтесь, это в переносном смысле. Они здесь все рабы по своей натуре. Если она вам нравится, я вам ее подарю. Она будет счастлива, вот увидите.

Тем временем девушка вернулась, и Диктор обратился к ней на неизвестном Бобу языке.

– Ее зовут Арма, – заметил он вскользь, затем что-то еще сказал девушке. Та засмеялась, но тут же, посерьезнев, не колеблясь, направилась к Вилсону, опустилась на оба колена и, трогательно склонив голову, протянула перед собой сложенные чашей ладони.

– Дотроньтесь до лба, – приказал Диктор.

Боб дотронулся. Девушка встала и замерла рядом с ним в ожидании. Диктор снова обратился к ней на ее языке. Выслушав его, она, казалось, слегка растерялась и не совсем понимала, как же ей следует теперь поступить, затем снова овладела собой и, поклонившись, незаметно выскользнула из комнаты.

– Я сказал, что, несмотря на ее новое положение, вы желаете, чтобы она продолжала подавать завтрак.

Трапеза возобновилась. Диктор продолжил свой рассказ. Новое блюдо внесли Арма и еще одна девушка. Увидев ее, Боб тихо присвистнул. Он понял, что несколько погорячился, позволив Диктору подарить ему Арму. «Одно из двух: или стандарты женской красоты поднялись на невообразимую высоту, – подумал он, – или Диктору пришлось-таки попотеть, набирая себе домашнюю прислугу».