Голова у Боба закружилась, но по инерции он продолжал сопротивляться:

– Это невозможно, вы хотите сказать, что я сделал что-то потому, что до этого уже сделал это!

– Но ведь так и произошло, верно?

– Нет, я… то есть да, так получилось, но все выглядело по-другому.

– А как же иначе? Ведь это явление совершенно новое для вас.

– Но… но… – Вилсон глубоко вздохнул и постарался взять себя в руки. Он припомнил лекции по философии и собственную дипломную работу. – Но это противоречит всем теориям причинности. Вы хотите, чтобы я поверил, будто причинная цепочка может замыкаться в окружность! Это абсурд!

– Хорошо, что же тогда случилось с вами?

Вилсон не знал, что ответить. Диктор продолжал:

– Не стоит об этом беспокоиться. Причинность, к которой вы привыкли, действует только в определенных условиях, являясь частным случаем общего закона. Причинность, в научном понимании, не ограничивается человеческим восприятием продолжительности.

Вилсон с минуту обдумывал услышанное. Звучало неплохо, но что-то его все-таки не устраивало.

– Одну секунду, – возразил он, – а как быть с энтропией? Энтропию вы куда денете?

– Ох, ради Бога, – вздохнул Диктор, – вы напоминаете мне того математика, который доказал с помощью неопровержимых вычислений, что аэроплан построить невозможно. – Он направился к двери. – Пойдемте, нас ждет работа.

Вилсон последовал за ним.

– А что случилось с остальными двумя? – поинтересовался он по дороге.

– С кем?

– Ну, с моими двойниками? Где они? Когда мы, наконец, распутаемся?

– Распутывать тут нечего. Вы ведь считаете себя цельной личностью?

– Да, но…

– Тогда можете ни о чем не волноваться.

– Но как же? А что случилось с тем парнем, который прошел сквозь Ворота передо мной?

– Разве вы не помните? Кстати… – Диктор раздвинул дверь в стене. – Можете посмотреть.