– Ладно, давай.

– Пойдемте со иной.

Они прошли мимо непонятного пульта прямо к двери.

Незнакомец шагал размашисто, и Вилсону приходилось поторапливаться, чтобы не отстать.

– Между прочим, – спросил он, – как вас зовут?

– Зовут? Ну, можете называть меня Диктор, все остальные называют меня именно так.

– Отлично. Я тоже должен представиться?

– Вы? – Диктор усмехнулся. – Не вижу в этом необходимости. Ваше имя Боб Вилсон.

– Вот как? Гм, наверное, это Джо вам сказал.

– Джо? Я не знаю такого.

– Не знаете? А вот он, как я понял, вас знает. Эй, послушайте, может, вы не тот, с кем я должен встретиться?

– Нет, это я. Я, в своем роде, поджидал вас. Джо… Джо… А! – Диктор хихикнул, – просто выскочило из головы! Он сказал, чтобы вы звали его Джо, правильно?

– А что, это не его имя?

– Имя особого значения не имеет, и Джо – не хуже любого другого. Ну, вот мы и пришли, – он ввел Боба в небольшую, но симпатичную комнатку. Мебель в ней отсутствовала, зато пол был мягкий и теплый.

– Садитесь и отдыхайте, я через минуту вернусь.

Боб огляделся, соображая, на чем здесь можно посидеть, потом повернулся, чтобы спросить Диктора, но тот уже исчез. Более того, вместе с ним исчезла и дверь, через которую они входили. Боб сел прямо на мягкий пол и слегка задремал.

Диктор вскоре вернулся. Вилсон видел, как расступились стены, пропуская его, а затем снова сошлись. Это было непонятно и походило на волшебство. Диктор принес с собой небольшой графинчик, в котором плескалась аппетитная на вид жидкость.

– А ну-ка, прочистим мозги, – бодро произнес он, наливая чашку Бобу. – Глотай!

Боб принял чашку.

– А вы не будете?

– Сначала я займусь вашими увечьями.

– Ладно.

Вилсон влил в себя содержимое чашки с излишней, пожалуй, поспешностью. «Неплохая штука, – решил он, – напоминает шотландское виски, но покрепче». Диктор тем временем смазывал синяки Боба какой-то мазью. Заживляла она мгновенно, хотя поначалу, надо признаться, сильно пекла.