- Ну, это огроменная любезность с вашей стороны, мистер Мэллори, - оживившийся старик зашаркал по истертому линолеуму к шкафу.

- Пожалуй, так оно и есть, - подтвердил Мэллори, оставив поясницу в покое. - Итак, чем я могу быть полезен тебе, Иезекииль?

- Да вот увидал, что у вас тут свет включенный, - старик указал на одинокий плафон на потолке над письменным столом Мэллори, - вот и решил заглянуть на огонек, чтоб пожелать вам счастья в новом году.

- Спасибо, - горько усмехнулся Мэллори. - Вряд ли он сможет быть хуже прошедшего.

- Эгей, да это дорогое питье! - воскликнул старик, отодвинув в сторону пару потрепанных шляп и вытащив бутылку. - Ленточкой перевязанная. Кто-то из ваших клиентов преподнес к Рождеству?

- Не совсем. Это от моего партнера. - Мэллори помолчал. - Бывшего партнера. Нечто вроде прощального сюрприза. Провалялась там чуть ли не месяц.

- Она стала ему... э-э... пожалуй, в двадцатку, - прикинул на глазок Иезекииль.

- Не меньше. Это первоклассный выдержанный бурбон из Кентукки.

- Кстати, примите мои соболезнования насчет вашей супружницы. - Иезекииль откупорил бутылку, отхлебнул, удовлетворенно выдохнул: - Ах! - и подошел с ней к Мэллори.

- Не вижу повода для соболезнований, - возразил тот. - Она очень даже недурно устроилась.

- Выходит, вы знаете, где она? - Иезекииль присел на край стола.

- Конечно, знаю, - раздраженно буркнул Мэллори. - Ты разве забыл, что я сыщик? - Отобрав у старика бутылку, он наполнил грязную кружку с отбитой и вновь приклеенной ручкой, украшенную эмблемой команды "Нью-Йорк Метс". - Можешь не верить мне на слово. Просто погляди на дверь моей конторы.

- Тысяча чертей! - прищелкнул пальцами Иезекииль. - Про это-то я и пришел с вами перемолвиться.

- То есть?

- Про вашу дверь.

- Она ужасно скрипит. Надо бы смазать.

- Да надобно не только смазать.