- Наверно, не без причины.

- Так ведь жетоны на метро - их единственное пропитание, вот они, само собой, собираются в тех местах, где наблюдается изобилие оных. Наверное, они просто решили поразведать трущобы.

- Что за существа способны питаться жетонами на метро?! - Мэллори так и впился взглядом в гномов.

- Вот эти самые. Вас разве никогда не занимал вопрос, почему Ньюйоркское транспортное управление продолжает ежегодно штамповать миллионы жетонов? Как ни крути, они ведь не приходят в негодность и ни на что другое не годятся. Теоретически в обращении должны находиться миллиарды жетонов, каковых, естественно, не наблюдается. Метрогномов можно считать своего рода санитарами подземки: они не дают Манхеттену затонуть под весом жетонов и дают работу сотням человек, круглый год занятых производством новых.

- А что они делают, когда не едят? - поинтересовался Мэллори.

- О, они совершенно безобидны, если вы об этом.

- Именно об этом.

- Вообще-то говоря, они пасутся от пятнадцати до двадцати часов в сутки. Чтобы насытить одного из них до отвала, нужно довольно много жетонов, - Мюргенштюрм доверительно понизил голос. - Я слыхал, какая-то часть метрогномов эмигрировала в Коннектикут, когда там начали делать сходные жетоны на автобус, но, должно быть, те оказались не так питательны, поскольку большинство гномов вернулось на родину.

- А как они поступили бы, если б я не швырнул им жетоны? - спросил Мэллори, поглядывая на них с опаской.

- Это как посмотреть. Мне говорили, что они чуют жетон за двести ярдов. Если б их у вас не было, гномы оставили бы вас в покое.

- Но жетоны у меня все-таки были. А что, если б я их не отдал?

- Вот уж не знаю, - признался Мюргенштюрм. - Пожалуй, можно спросить у них.

Он уже шагнул было к гномам, но Мэллори остановил его, положив ладонь эльфу на плечо.

- Это несущественно.

- Точно? - переспросил Мюргенштюрм.