Роман представил меня казакам, он здесь часто бывал, познакомились. Захар Петрович — отец, и сыновья — Павел, Пётр и Савелий. Сыновья просто пожали нам руки, и ушли по своим делам, отец же пригласил нас в просторный дом.

Поговорив о житье-бытье — хоть это меня и не интересовало, но я старательно делал озабоченный вид, о городских новостях, о политике Америки в отношении Ирака. Выяснив, что все женщины ушли по грибы и, выпив десятую чашку чая с молоком, приступили к главному — вопросу о чучуне.

— Да-а, бывает здесь всякое… Осенью вот сыновьям какой-то старик примерещился. Седой такой, косматый. Перепугал тут всех. Я-то его не видел, спал, понимаешь. А сыны как угорелые носились. К Генке побежали, понимаешь…

— Да, Гена рассказывал, — подзадорил я дедушку, — во всех подробностях рассказал, оч-чень, понимаешь, интересно. А как он тут появился то, Захар Петрович?

— А что, на краю алааса могилы не видели что-ли?

— Неужели!? Привидение!?

— Ну, да, — дед засмеялся, — всем троим примерещился, вроде не пьяные были. А то б я их… — Петрович для убедительности потряс нагайкой.

Чтобы быстрее закончить этот интересный рассказ, спросил:

— Ну, и чем всё закончилось?

— Гена сказал — рядом с могилой нужно стопочку водки поставить, вроде бы оставил нас в покое.

— Ну, дай Бог, Захар Петрович.

— Дай Бог, Андрей.

— А чучуну здесь где-нибудь видели?

— Да откуда здесь чучуна? Отродясь не видел. Вот волки, понимаешь — это есть: с месяц назад опять телёнка утащили, понимаешь, ни рожек, ни ножек, ни следов…

Теперь слово взял Рома, перебил дедушку:

— Слышь, Петрович, помнишь, Коля Чёрный рассказывал…

— Да-а, байки всё это! Чучуна, чучуна — откуда здесь чучуна?

— Не томи, Захар Петрович, — я уже откровенно стонал, — поведай, любезный!