6. Тягачи четырехосные МАЗ — 10 шт.

7. Автомобили УАЗ — 469 — 50 шт.

8. Самоходные краны на основе шасси КрАЗ — 5 шт. Здорово, товарищ капитан? — Лютиков улыбнулся:

— Неплохо. А чем мы будем все это хозяйство заправлять, водой, или оно на солнечной энергии?

— Прошу прощения! Капитану Октогонову к его нефтебазе присоединяется емкость подземных резервуаров, а это не много ни мало — полтора миллиона кубометров различной нефтепродукции. На первое время при известной экономии нам хватит, а там или отымем у татар, которые имеют нефть уже сейчас, либо есть другой вариант. Помните, в Беларуси нефть добывали где-то в районе Речицы. Можем на вертолете разведать и добывать ее сами. Компьютер выдал, что где-то для этого даже есть оборудование… Только тут Вышинский заметил, что последние секунд двадцать в кабинете стоит мертвая тишина. Он поднял голову и уставился на раскрытые рты коллег.

— В чем дело, товарищи? — удивился он.

— Вы упомянули вертолеты, — сказал Норвегов, — разрази меня чесотка, на нашей базе нет и никогда не было никаких вертолетов. Вышинский довольно осклабился:

— Нет, это уж вы меня извините, товарищ полковник, но вертолеты здесь были и есть. Да еще какие! Все посмотрели на него, как на сумасшедшего, но старший прапорщик уже кинулся в объяснения:

— Есть такой здоровенный ангар под номером сорок три, похожий на Дворец съездов. Вы думаете что там? Я, лично, думаю, что там, — он заглянул в список, — посмотрим:

1. МИ — 12, три единицы;

2. МИ — 26, четыре единицы;

3. МИ — 8, десять единиц;

4. МИ — 24, десять единиц. Вот! У нас есть даже парочка КА-50, только не пойму, на кой нам сдались эти «Черные акулы»? На оленей что ли охотится…

Норвегов откинул прилипшую ко лбу прядь волос.

— Ну, хорошо. Вертолеты у нас есть. Но какой от них прок, если у нас некому на них летать! Вы согласны со мной, Игорь Владимирович?!? — Вышинский шмыгнул носом.